Наследование по праву представления

Законодатель, закрепляя круг наследников по закону, исходит из предполагаемой воли наследодателя, называя среди наследников лиц, в пользу которых наиболее вероятно наследодатель сделал бы завещательное распоряжение. Формулируя очередность призвания к наследству, законодатель также учитывает специфические ситуации, когда наиболее близкие наследодателю наследники будут отсутствовать на момент открытия наследства притом, что в живых будут находиться их потомки.

Одним из специальных механизмов наследования по закону выступает наследование по праву представления. Оно состоит в том, что доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем, переходит по праву представления к его соответствующим потомкам (ст. 1146 ГК РФ).

Исследуемый институт имеет определенные сходства с подназначением наследников в завещании: в обоих случаях определяется «запасной» наследник. Однако имеющиеся отличия не позволяют отождествлять эти институты наследственного права. Во-первых, наследование по праву представления возможно только при наследовании по закону, в то время как подназначение наследника применяется при наследовании по завещанию. Во-вторых, при наследовании по праву представления воля наследодателя значения не имеет, он не вправе исключить применение данного механизма, как не вправе и изменить круг представляющих наследников. Подназначение наследника всецело зависит от воли завещателя. Последний вправе не только определить, подназначать или нет наследника, но и может самостоятельно указать любое лицо, которое в принципе может быть призвано к наследованию, в качестве подназначенного наследника.

Необходимо отличать наследование по праву представления и от наследственной трансмиссии. В последнем случае речь идет о переходе прав на принятие наследства в тех случаях, когда наследник был жив на момент открытия наследства, но не успел принять его.

Анализ положений ст. 1146 ГК РФ, посвященной наследованию по праву представления, позволяет выделить следующие условия такого наследования:

1. Наследование по праву представления возможно только при наследовании по закону в порядке очередности. В иных случаях наследования по закону (обязательная доля) и при наследовании по завещанию наследование по праву представления не может иметь место, что наглядно иллюстрируется следующим примером судебной практики.

Так, 28 февраля 2010 г. умерла Щукина Е.А., после её смерти открылось наследство в виде: 1/2 доли в праве собственности квартиры; 1/4 доли в праве собственности жилого дома; 1/2 доли на автомобиль.

В соответствии с завещанием, составленным Щукиной Е.А. 17 декабря 2009г., на указанное имущество Чабан Г.В. 08 октября 2010 г. выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию. Право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке.

Федорова Н.В., действуя в интересах несовершеннолетней Щукиной Ю.А., обратилась с иском о признании недействительными выданных свидетельств о праве на наследство, признании права на обязательную долю несовершеннолетней, в котором сослалась на право последней на обязательную долю в наследстве, как нетрудоспособного иждивенца наследодателя.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, с чем согласилась апелляционная инстанция.

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в своем определении указала, что круг наследников, имеющих право на обязательную долю в наследстве, четко определен в ст. 1149 ГК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства не нашло своего подтверждения то обстоятельство, что внучка наследодателя – Щукина Ю.А., подпадает под категорию лиц, указанных в данной право вой норме, в частности не подтвержден факт её нахождения на иждивении наследодателя.

Согласно п.1 ст. 21 ГК РФ к нетрудоспособным в указанных случаях относятся несовершеннолетние лица. Находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти – вне зависимости от родственных отношений – полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат.

Таких обстоятельств судом не установлено, а само по себе проживание внучки с бабушкой не является основанием для признания её иждивенцем наследодателя, притом, что у Щукиной Ю.А. имеется родитель – мать Федорова Н.В., в обязанность которой входит содержание и воспитание своего ребенка.

Кроме того, как указала Судебная коллегия, лица, являющиеся наследниками по закону по праву представления, не имеют права на обязательную долю [1].

Особую сложность представляют случаи, когда необходимо разграничить основания наследования (по завещанию или по закону) в целях определения возможности применения норм о наследовании по праву представления.

Из материалов одного гражданского дела следовало, что Максимов А.С. обратился в суд с иском к администрации Новгородского муниципального района о признании права собственности на жилой дом с надворными постройками и земельный участок. В обоснование заявленных требований указал, что данное имущество в 1985 г. было завещано ему и его брату Максимову В.С. бабушкой Беловой В.В., умершей в 2008 г. Поскольку в 1993 г. брат Максимов В.С. умер, а Максимов А.С. после смерти Беловой В.В. фактически принял наследство, однако каких-либо правоустанавливающих документов на названное имущество не имеет, зарегистрировать право собственности на него не может.

Максимова Е.Л., действуя также в интересах несовершеннолетнего М., обратилась в суд со встречными исковыми требованиями о признании права собственности по 1/4 доли жилого дома с надворными постройками и по 1/4 доли земельного участка за ней и М. признании недействительным свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданного Максимову А.С, ссылаясь на то, что она наравне с сыном М. и Максимовым А.С. вправе наследовать спорное имущество, поскольку его 1/2 была завещана Максимову В.С, после смерти которого они приняли наследство в установленном порядке.

Решением суда первой инстанции исковые требования сторон удовлетворены частично.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда указанное решение суда первой инстанции отменено, по делу вынесено новое решение об удовлетворении первоначальных исковых требований и отказе в удовлетворении встречного иска.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассматривая дело в порядке надзора, нашла, что имеются основания для отмены определения судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда.

Из материалов дела следовало, что Максимов В.С. и Максимов А.С. являются детьми Максимовой Л.В. и внуками Беловой В.В.

М. является сыном Максимова В.С., внуком Максимовой Л.В., правнуком Беловой В.В.

Дочь Беловой В.В. – Максимова Л.В. умерла в 1984 году (л.д. 34).

Судом установлено, что согласно завещанию от 22 октября 1985 г. Белова В.В. принадлежащее ей спорное домовладение с надворными постройками и земельный участок завещала внукам Максимову В.С. и Максимову А.С. в равных долях. Завещание Беловой В.В. не содержит указания о подназначении наследников. Максимов В.С. умер 26 апреля 1993 г., Белова В.В. умерла 24 мая 2008 г.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований Максимова А.С. и встречного иска Максимовой Е.Л., действующей также в интересах несовершеннолетнего М., признав за Максимовым А.С. право собственности на 3/4 доли жилого дома с надворными постройками и 3/4 доли земельного участка, за М. – право собственности на 1/4 доли жилого дома с надворными постройками и 1/4 доли земельного участка, восстановив последнему срок для принятия наследства, открывшегося после смерти отца Максимова В.С., наступившей в 1993 году, и признав его принявшим наследство.

При этом суд указал, что поскольку наследник по завещанию Максимов В.С. умер ранее завещателя Беловой В.В., то есть до открытия наследства, то в данном случае в отношении 1/2 доли наследственного имущества имеет место наследование по закону.

Отменяя решение суда первой инстанции и вынося по делу новое решение об удовлетворении иска Максимова А.С. и отказе в удовлетворении встречных исковых требований, судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда исходила из того, что поскольку наследник по завещанию Максимов В.С. умер ранее наследодателя Беловой В.В., то есть до открытия наследства, и наследодателем не был подназначен наследник, то право наследования по закону имущества Беловой В.В., завещанного ее внукам, у ее правнука М. по праву представления, предусмотренному ст. 1146 ГК РФ РФ, не возникло, в связи с чем отсутствуют основания для признания за М. права собственности на наследственное имущество в порядке наследования по закону.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ нашла, что выводы суда кассационной инстанции не основаны на законе.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда руководствовалась положениями ст. 1161 ГК РФ о приращении наследственных долей, согласно которым, если наследник не примет наследство, откажется от наследства, не указав при этом, что отказывается в пользу другого наследника (ст. 1158), не будет иметь права наследовать или будет отстранен от наследования по основаниям, установленным ст. 1117 ГК РФ, либо вследствие недействительности завещания часть наследства, которая причиталась бы такому отпавшему наследнику, переходит к наследникам по закону, призванным к наследованию, пропорционально их наследственным долям. Однако в случае, когда наследодатель завещал все имущество назначенным им наследникам, часть наследства, причитавшаяся наследнику, отказавшемуся от наследства или отпавшему по иным указанным основаниям, переходит к остальным наследникам по завещанию пропорционально их наследственным долям, если только завещанием не предусмотрено иное распределение этой части наследства.

Между тем указанная норма, перечисляя случаи, при которых происходит увеличение части наследственного имущества, приходящегося на долю наследника, принявшего наследство, за счет доли отпавшего наследника, не содержит указания на такое основание для приращения этой доли как смерть наследника, наступившую ранее смерти завещателя, при отсутствии распоряжения о подназначении наследника.

Таким образом, из системного толкования указанных положений следует, что в случае смерти наследника по завещанию, последовавшей ранее смерти завещателя, и отсутствия распоряжения завещателя о подназначении наследника, в отношении доли имущества, завещанной такому наследнику, должны применяться положения о наследовании имущества по закону.

Однако судом кассационной инстанции это не было учтено.

Поскольку лица, наследующие по праву представления, занимают среди других наследников наследодателя то место, которое мог бы занимать их умерший родитель, постольку внуки наследника и их потомки являются наследниками первой очереди по закону, если ко времени открытия наследства нет в живых того из родителей, который был бы наследником.

Таким образом, после смерти Беловой В.В., наступившей в 2008 году, к наследованию по закону в равных долях имущества, завещанного ею Максимову В.С., должны быть призваны по праву представления М. – правнук Беловой В.В. и Максимов А.С. – внук Беловой В.В. [2].

Как видно, в данном деле суд кассационной инстанции неправильно применил норму материального права притом, что ее формулировка не допускает неоднозначного толкования.

2. Наследник по закону должен умереть до открытия наследства или одновременно с наследодателем. Если наследник по закону отпал по иным основаниям: не принял наследство, отказался от наследства и т.д., – наследование по праву представления не возникает.

Так, по одному из дел суд указал следующее: учитывая, что на момент смерти наследодателя Рыжова А.С. имелись наследники первой очереди, а именно дочь Терновых Л.А. и сын Рыжов А.А., который в соответствии со ст. 1158 ГК РФ отказался от принятия наследства отца в пользу сестры, то положения закона о наследовании по праву представления к истцу не могут быть применимы, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении требований [3].

3. Доля умершего наследника по закону переходит к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных законом. Гражданский кодекс РФ называет три таких случая, определяя, что доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем, переходит по праву представления к его следующим потомкам:

– внукам наследодателя и их потомкам (п. 2 ст. 1142 ГК РФ),

– детям полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя – племянникам и племянницам наследодателя (п. 2 ст. 1143 ГК РФ),

– двоюродным братьям и сестрам наследодателя (п. 2 ст. 1144 ГК РФ).

Вместе с тем из перечисленного круга представляющих наследников имеются исключения. Не наследуют по праву представления:

– потомки наследника по закону, лишенного наследодателем наследства (п. 1 ст. 1119 ГК РФ),

– потомки наследника, который умер до открытия наследства или одновременно с наследодателем и который не имел бы права наследовать в связи с тем, что своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке (п. 1 ст. 1117 ГК РФ).

В литературе целесообразность введения в законодательство второго из названных исключений оценивается неоднозначно.

С.А. Смирнов полагает, что в процессе наследования по праву представления происходит призвание к наследству вместо “несостоявшегося” наследника его потомков. Потомки “несостоявшегося” наследника в правоотношениях заступают именно на его место, являясь наследниками только через права “несостоявшегося” наследника. Такая специфика норм ст. 1146 ГК РФ, по его мнению, основана на презумпции воли наследодателя. Поскольку “несостоявшийся” наследник лишен наследства (либо не имел права наследовать как недостойный), то отсутствует и субъект, вместо которого возможно наследование по праву представления. Обладая самостоятельной правосубъектностью, потомки такого лица могут наследовать именно это наследство, если персонально в отношении их будет составлено соответствующее завещательное распоряжение наследодателем. При отсутствии такового распоряжения предполагается отсутствие воли наследодателя [4, с. 19].

О.Е. Блинков, напротив, указывает, что фактически «дети вынуждены “отвечать” за действия своих родителей. Такое положение вряд ли следует признать оправданным. Примечательно, что правило, в соответствии с которым потомки недостойных наследников не наследуют по праву представления, закреплено также Модельным гражданским кодексом Содружества Независимых Государств и воспринято практически во всех странах – участницах СНГ (Узбекистан, Кыргызстан, Казахстан, Армения, Молдова)» [5, с. 40].

По его мнению, белорусский законодатель более лояльно определил, что, во-первых, не наследуют по праву представления потомки наследника по закону, лишенного наследодателем наследства, если об этом указано в завещании (п. 2 ст. 1062 ГК Республики Беларусь), а во-вторых, потомки умершего до открытия наследства наследника, который мог быть отстранен от наследования как недостойный, могут быть отстранены судом от наследования по праву представления, если суд сочтет призвание их к наследованию противным основам нравственности (п. 3 ст. 1062 ГК Республики Беларусь) [6, с. 57].

М.А. Егорова также критически относится к названным исключениям, обращая внимание на то, что «неприязнь к собственному сыну не означает неприязнь к внукам (как правило, последних дедушки и бабушки особенно любят)» [7, с. 13].

На непоследовательность законодателя акцентирует внимание и В.Б. Паничкин. С одной стороны, – пишет ученый, – он вывел из числа наследников потомков недостойного наследника по п. 1 ст. 1117 ГК, в т.ч. наследника – родителя, лишенного прав в отношении ребенка (т.е. родных братьев и сестер наследодателя), а с другой – не вывел из числа наследников потомков одной из интересующих нас категорий (по п. 2 ст. 1117 ГК РФ) – граждан, злостно уклонявшихся от обязанностей по содержанию наследодателя – они наследуют-таки по праву представления. Сравнивая отечественное наследственное право с американским правом, он отмечает в последнем безусловное признание за потомками недостойных наследников права наследовать в порядке представления [8, с. 33].

Представляется, что круг лиц, отстраняемых от наследования по праву представления, сформулирован законодателем без учета социальных реалий и необходимости корреляции норм наследственного законодательства с нормами семейного законодательства.

Первые – социальные реалии – диктуют необходимость «вернуть» в круг лиц, наследующих по праву представления, потомков наследника по закону, лишенного наследодателем наследства. Свое обоснование такой вывод находит в том, что потомки недостойного наследника не всегда имеют неприязненные отношения с наследодателем. В тех же случаях, когда такие отношения имеют место быть, наследодатель в завещании всегда может лишить их права наследовать имущество после своей смерти. Здесь не может применяться прием последующего одобрения, который используется законодателем при наследовании по завещанию, когда наследодатель, состав завещание в пользу «недостойного» наследника, прощает его. Ведь речь идет о призвании к наследованию не самого недостойного наследника (он в любом случае к наследованию не призывается), а его потомков, которые не совершали недостойных действий. Даже при наследовании по завещанию не будут отстраняться от наследования потомки лица – недостойного наследника, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем, если они выступают в качестве подназначенных наследников. В условиях наличия законодательных ограничений наследодатель, желая распорядится своим имуществом в пользу потомков недостойного наследника, должен совершить в их в пользу завещательное распоряжение.

Вторые требования – корреляции наследственного и семейного законодательства – выражаются в том, что законодатель, делая в п. 3 ст. 1146 ГК РФ отсылку только к п. 1 ст. 1117 ГК РФ не учел, что нетрудоспособные нуждающиеся в помощи дедушка и бабушка в случае невозможности получения содержания от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супруга (бывшего супруга) имеют право требовать в судебном порядке получения алиментов от своих трудоспособных совершеннолетних внуков, обладающих необходимыми для этого средствами (ст. 95 Семейного кодекса РФ). Получается, что внук вполне может быть признан недостойным наследников по п. 2 ст. 1117 ГК РФ, однако правовых последствий в части отсранения от наследования по праву представления это не повлечет.

4. Доля умершего наследника по закону делится между потомками поровну. Соответствующий принцип закреплен в ст. 1146 ГК РФ, а последствия «отпадения» представляющего наследника разъяснены Верховным Судом РФ.

В п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании» от 29.05.2012 г. № 9 говорится: если наследник по праву представления (пункт 1 статьи 1146 ГК РФ) не примет наследство, откажется от наследства без указания лиц, в пользу которых он отказывается от наследственного имущества (статья 1158 ГК РФ), не имеет права наследовать или отстранен от наследования в соответствии со статьей 1117 ГК РФ, доля, переходящая по праву представления к соответствующим потомкам наследодателя, делится поровну между оставшимися наследниками по праву представления либо переходит к единственному такому наследнику, принявшему наследство, и лишь при их отсутствии переходит к иным наследникам наследодателя согласно правилам приращения наследственных долей (статья 1161 ГК РФ) [9].

В литературе поднимается проблема призвания к наследованию на основании ст. 1148 ГК РФ тех лиц, которые могут наследовать по праву представления – внуков наследодателей и потомков внуков (п. 2 ст. 1142), племянниц и племянников наследодателя (п. 2 ст. 1143) и его двоюродных братьев и сестер (п. 2 ст. 1144). Вопрос возникает в тех случаях, когда такое лицо нетрудоспособно и находилось на иждивении наследодателя, а основания для призвания его к наследованию по праву представления отсутствуют.

Вполне обоснованно в таких случаях исходить из того, что названные в ГК РФ так называемые представляющие наследники (п. 2 ст. 1142, п. 2 ст. 1143, п. 2 ст. 1144) не являются сами по себе наследниками соответствующей очереди (первой, второй или третьей). Для призвания их к наследованию недостаточно отсутствия наследников предшествующих очередей. Поэтому представляющий наследник – внук, правнук, племянник, двоюродный брат наследодателя и т.д. (при отсутствии необходимых оснований для призвания его к наследованию по праву представления) не может быть призван к наследованию только на том основании, что он нетрудоспособен и находился на иждивении наследодателя не менее года до его смерти, т.е. в силу п. 1 ст. 1148 ГК РФ. В то же время вполне возможно призвание такого лица к наследованию в соответствии с п. 2 ст. 1148 ГК РФ, если этот нетрудоспособный иждивенец не менее года до смерти наследодателя проживал совместно с ним [10, с. 183].

На основе изложенного материала можно утверждать, что действующее правовое регулирование наследования по праву представления несовершенно. Было показано, что целесообразно сузить круг лиц, исключаемых из наследования по праву представления, за счет потомков наследника, который умер до открытия наследства или одновременно с наследодателем и который не имел бы права наследовать в связи с тем, что своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке (п. 1 ст. 1117 ГК РФ). Соответствующий вывод обосновывается тем обстоятельством, что потомки недостойного наследника не всегда имеют неприязненные отношения с наследодателем. В тех же случаях, когда такие отношения имеют место быть, наследодатель в завещании всегда может лишить их права наследовать имущество после своей смерти. Поэтому отечественному законодателю целесообразно ввести в п. 3 ст. 1146 ГК РФ  формулировку, наделяющую суд дискреционными полномочиями, например, оговорить, как это сделал законодатель Белоруссии, что потомки умершего до открытия наследства наследника, который мог быть отстранен от наследования как недостойный, могут быть отстранены судом от наследования по праву представления, если суд сочтет призвание их к наследованию противным основам нравственности. Судебное усмотрение возможно при рассмотрении дел о наследовании (например, суд в соответствии со ст. 1149 ГК РФ вправе уменьшить размер обязательной доли или отказать в ее присуждении), а в данном случае его положительный эффект будет несомнене. Оно позволит отстранить от наследования по праву представления потомка, который сам совершил в отношении наследодателя действия (оскорбление и т.д.), не «дотягивающие» до признания их недостойными (ст. 1117 ГК РФ).

Список литературы:

1. Определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 26.06.2012 г. дело № 11-3786/12 // Официальный сайт Челябинского областного суда. Судебные акты [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://212.57.147.70/websud/bsr/index.php

2. Определение Верховного Суда РФ от 05.07.2011 г. N 84-В11-3  // Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Компания «Консультант Плюс». – Послед. обновление 20.08.2013.

3. Определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 25.08.2011 г. дело № 33-9054/2011 // Официальный сайт Челябинского областного суда. Судебные акты [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://212.57.147.70/websud/bsr/index.php

4. Смирнов О.А. Основание наследования и основание призвания к наследованию: вопросы дифференциации понятий // Наследственное право. – 2012. – № 4. – С. 18-22.

5. Блинков О.Е. Общие тенденции развития наследственного права государств – участников Содружества Независимых Государств и Балтии: Автореф. дис. … д.ю.н. М., 2009.

6. Блинков О.Е. Наследование по праву представления в государствах – участниках Содружества Независимых Государств и Балтии // Юридический мир. – 2006. – № 9. – С. 55-60.

7. Егорова М.А. Внуки как субъекты наследственного права // Наследственное право. – 2007. – № 2. – С. 12-15.

8. Паничкин В.Б. Отстранение недостойных наследников в российском праве в сравнении с правом США // Наследственное право. – 2006. – № 2. – С. 31-34.

9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о наследовании» от 29.05.2012 г. № 9 // Справочно-правовая система «Консультант Плюс»: [Электронный ресурс] / Компания «Консультант Плюс». – Послед. обновление 20.08.2013.

10. Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный) / Под ред. А.Л. Маковского, Е.А. Суханова. – М.: Юристъ, 2002. – 538 с.